Она была ниже среднего роста и настолько женственна, что ни широкие брюки, ни бесформенный свитер не портили ее хрупкую фигурку. Смолистые черные волосы оттеняли ее лицо. Ни один любитель позагорать в жизни не сможет добиться столь превосходного загара — даже при луне это было очевидно. Вообще-то, идиотская затея рассуждать о чем-то подобном, когда на тебя смотрит дуло пистолета. Перехватив мой взгляд, она быстро произнесла:

— Не двигаться, сеньор.

— Могу я хоть простыней прикрыться?

— Не беспокойтесь. Я и раньше видела голых мужчин.

— Перед их смертью? — уточнил я и обмотался простыней.

— Вы почти мертвец, мистер Фэллон, не двигайтесь.

Я мог видеть выражение ее лица. Она не шутила. Я устроился поудобнее и положил руки на затылок. Никогда не доверяйте женщине с оружием. Хуже всего, если она его применит; а эта, кажется, готова выстрелить.

— Ты шутишь, детка?

— Нет, мистер Фэллон. — В ее голосе слышался мягкий испанский акцент.

— Могу я знать, кто ты? Не доводилось ли нам встречаться?

— Не утруждайте себя. По паспорту меня зовут Шарон Ортес, хотя у меня есть и второе имя, по которому меня знают лучше.

Я попытался догадаться:

— Кубинка?

Она ответила без промедления:

— Мой отец был испанцем, а мама родом из Ирландии. Мы жили на Кубе.

Она улыбнулась и обнажила прекрасные белые зубы, однако радости в этой улыбке почти не замечалось.

— Все же, сеньор, я кубинка.

— А что же ты хочешь сделать со мной?

— Именно сейчас я и должна решить, что для вас лучше: быть мертвым или остаться живым.

— Отлично. Ну и как ты себе это представляешь?

Она крепко сжала рукоятку своего тридцать восьмого. Я пока не мог сообразить, как забрать у нее эту игрушку.